О проклятом квартирном вопросе

Вчера был дома у одного человека. «Дома» — это громко сказано, ибо живет он в общежитии. Нет, он не студент, а общежитие не студенческое. Раньше в этом трехэтажном сыром здании старой постройки жили рабочие какого-то завода, теперь живут совершенно разные люди, живут годами.
Как правило, где-то в 60-х-80-х газосварщики и клепальщики занимали комнаты 3—5 лет, после чего им давали отдельную квартиру. Теперь люди живут здесь на вечном поселении без каких-либо перспектив. Хотя, перспектива таки есть — руководство завода, за которым все еще числится это общежитие, может выселить всех на хрен, хибару продать под снос и застройку. Тогда, конечно, жители общаги пойдут сидеть в палатках под стенами мэрии с требованием прописать их в общаге, т. е. прировнять ее к обычному многоквартирному дому. С правами дальнейшей приватизации, наследования, продажи драгоценных клетушек. Впрочем, я не интересовался — может оно уже давно так.

Короче, о посещении общаги: иду я по темному коридору и удивляюсь его тесноте. Тесный он главным образом от большого количества шкафов, каких-то старых холодильников и неимоверного количества картонных коробок из-под бытовой техники. В приоткрытую дверь видны внутренности общей кухоньки — две закопченные газовые плиты с перегоревшими решетками, уставленные кастрюлями. Раковина с льющейся водой. Тетки в халатах со сковородками. Снующие дети.

Под дверью комнаты моего знакомого стоят несколько пар обуви, лежит коврик. Вытираю ноги, вхожу. Комната метров 15. Внутри все устелено коврами, стоит новенькая мебель — «стенка», «мягкий уголок», диван, кровать ребенка. Сразу бросается в глаза плазменный телевизор нечеловеческих размеров, колонки повсюду. На стойке у телевизора виднеются дивидишик, усилитель, ресивер, сиди-чейнджер и сони плейстейшен, пока еще № 2. В углу виднеется закрытый ноутбук с весело мигающим зелеными огоньками кабельным модемом.
В «кухонном» углу — аккуратная стоечка, подобная барной, с высокими стульями и растровыми светильниками сверху. Высокий двухкамерный холодильник цвета нержавейки, микроволновка.
Ребенок в памперсе терзает папин модный слайдер, сидя на диване, детские игрушки, разбросанные вокруг, его не интересуют. Его мама болтает с кем-то по своему мобильнику.
Чего здесь нет, так это сортира — он общий, один на этаж, и душа — он один на все здание. Нет и свободных квадратных метров — тесновато в комнате.
Глава семейства имеет хорошую работу, машину за окнами общаги, через пару дней едет в командировку в Австрию. Он имеет почти все, кроме отдельной квартиры в Киеве.

Мой знакомый зарабатывает по сегодняшним киевским меркам неплохо, но квартиру ему не купить. Нет, конечно, парень он умный и настойчивый — возможно, ему повысят зарплату. Скоро жена выйдет из декретного, тоже будет работать. Они напрягутся, умерят свою любовь к дорогой технике, не будут ездить по курортам, лет через 5 заплатят банку первый взнос, потом лет десять будут отдавать кредит по грабительским процентам. Может ему повезет — он не лишится работы, не попадет в крупную аварию, гоняя на машине. Никто из них не заболеет. В стране не случится экономического кризиса. Может, все сложится по другому…

Этот знакомый — крайний случай, сильно, видимо, поразил меня его гигантский плазменный телевизор, так контрастирующий с убогим зданием с общей кухней и сортиром. Много людей живет по таким общагам скромнее, но не бедно. Вот им не скопить на квартиру при современных ценах никогда. Такие люди живут не только в общежитиях — на съемных квартирах, у родителей, по десять человек в квартире. Все они могут позволить себе накупить компьютеров, стиральных машин и путевок в Египет. Никто не сможет купить себе квартиру. Уж очень сильно отличается цена жилья от стоимости остальных жизненных благ.

Вспоминаются прежние советские времена. Тогда было чуть ли не наоборот — квартиры давали на халяву и достаточно быстро. Зато цветной телевизор стоил приличных денег и купить его при этом было не просто — очереди, талоны и прочая фигня. Автоматическая стиральная машина — нечто недостижимо-фантастическое. Машина — по гигантским очередям.

Хрен его знает, что для человека более важно — отдельная комната с пустыми стенами или плазменный телевизор с микроволновкой в придачу в общей комнатке.
Может, ради этого и боролись в перестройку? Предпочли стиральную машину и музыкальный центр возможности получить халявное жилье.
Это на самом деле эквивалентный обмен — вся техника — от телевизора до автомобиля — делается за рубежом, на ее покупку требуются доллары. Откуда в стране берутся доллары? От продажи некоей продукции за границу. Что производит Украина? Металл.

Без металла не построить жилье, много его надо в виде арматуры, труб, электропроводки, гвоздей, строительной техники — от лопаты и тачки до башенных кранов.
На производство кирпича и цемента требуется много энергии — а ее нет, потрачена на производство металла.
Строителям надо платить нормальную зарплату, ведь кроме покушать и одеться им тоже хочется последнюю модель мобильника и большой телевизор.
Систему эту не переделать.

Что делать?
Есть немало вариантов:
1) Наслаждаться купленной техникой. Прятаться от жизни в Интернете, часами гонять монстров по экрану монитора. Погружаться в ежевечерние телесериалы. Глазеть на разнообразные экраны, чтобы не видеть друг друга. Прятаться ночью под одеяло от подрастающего ребенка, стараться делать «это» тихо. Поглубже засовывать в уши наушники плеера, чтобы не слышать родителей, делающих «это» в метре от тебя, после шепота «он уже спит». Жить, не думая, о том, что будет дальше. Поменьше глазеть на новостройки. Пьянствовать.
2) Поскорее сживать со свету престарелых родителей, занимающих жилплощадь, готовиться к такой же участи в будущем.
3) Постараться влиться в тонкую прожилку хозяев жизни — металло-угле-нефте-трейдеров, народных депутатов, крупных бандитов.
4) Играть в лотерею, ждать наследства от богатых дядюшек, выходить замуж за олигарха, жениться на его единственной дочери.
5) Для приехавших «покорять столицу» — вернуться в родное село (город). Найти себе работу с зарплатой 80—100 долларов, с выплатой раз в три месяца, копаться в огороде, наслаждаться Петросяном в телевизоре. Сына отправить в армию — авось не убьют, потом на стройку, никакого института. Дочь пусть катится сразу после школы замуж или в Италию жопу старушкам вытирать.
6) Самому катиться к пресловутым итальянским (португальским, испанским и прочим) задницам.
7) Попытаться заработать на квартиру, работая «на работе».

Для среднего человека наибольший интерес представляет, конечно, последний пункт. Давайте посчитаем.
Средняя зарплата в Киеве, как утверждает горадминистрация 2 115 гривен или 423 $ в месяц. (Это данные за март сего года, свежее не нашел).

Не буду сейчас говорить о том, что «средняя зарплата» — абсолютно идиотское понятие, ничего не отражающее, типа средней температуры по больнице. Предположим, у одного человека зарплата 10 000, а у двух 600 гривен. В среднем же будет 3 733 на рыло. Звучит нормально, но реальности не отражает.

В общем, есть человек лет 23-х, с зарплатой 2 115 гривен. У него есть точно такая же жена. Детей нет — негде жить, «…вот купим квартиру…». Им несказанно повезло — некий добрый человек сдал им тесную, смердящую гостинку всего за 300 баксов в месяц. У них остаются целых 546 $ в месяц! Куча денег.
Только вот им нужно ездить ежедневно на работу, тратя деньги на проезд, кушать надо что-то, одеваться. Молодые люди склонны пользоваться мобильной связью и компьютерной техникой. Они любят поехать во время отпуска куда-нибудь. Любят ходить на концерты, пить пиво в барах. Некоторые, как ни странно, помогают деньгами родителям.
Однако наша пара не такая — они аскеты. Ездят только на троллейбусах и метро, кушают только мивиноподобную гадость, пьют только воду из крана, носят только секонд-хенд, а развлекаются только телевидением и безопасным сексом. Они экономят целых 450 $ в месяц при такой жизни. Если цены не будут расти, всего через 6 лет они соберут на первый взнос для кредита на покупку однокомнатной квартиры.

Итак, нашей паре по 29 лет — у них новоселье. Ура! Но радоваться рано — им нужно еще отдавать кредит с громадными процентами банку. Обзаведение потомством нужно отложить на потом — если кто-то из них потеряет работу, это будет катастрофа.
Семья продолжает свою размеренную аскетическую жизнь еще минимум 10 лет. Потом они свободны. 40 лет — это, конечно, оптимальный возраст для рождения первого ребенка. Это вам любой врач скажет, из тех, кто занимается уродами, инвалидами, даунами.

Короче, остались они на старости лет без детей, зато в отдельной однокомнатной квартире на окраине Троещины. Жить осталось не очень долго — здоровье, подорванное плохим питанием, стрессами и больная психика, подорванная телевидением не позволят наслаждаться безмятежной старостью.
Если молодые люди как-то исхитрились и завели ребенка, все равно это ничего не меняет — скоро ему самому понадобиться жилье, придется повторять жизнь родителей, либо тихонько их придушить.

Мы выяснили, что квартиру приобрести вполне реально, но не имеет смысла. Лучше родить ребенка, накупить себе в утешение высокотехнологических игрушек и надеяться, что ситуация как-то разрулится сама собой.

Алексей Заровский, для сайта Народная правда
2007 год